«Первое, что бросалось в глаза, – деревья рыжего цвета»: 40 лет назад мир потрясла авария на Чернобыльской АЭС

40 лет назад, 26 апреля 1986 года, произошла страшная авария на Чернобыльской атомной электростанции. На ликвидацию последствий были брошены десятки тысяч советских людей. Среди них были и наши земляки. Один из них – дончанин Леонид Ганич – поделился с «Донецким временем» своими воспоминаниями.

Токарь, арматурщик, водитель

Леонид Константинович родился в многодетной семье, его мать одна воспитывала четверых сыновей. Чтобы помочь ей материально, Леня сразу после окончания школы, в 1965 году, пошел работать учеником токаря на Донецкий завод коксохимоборудования. Через год перешел на завод ЖБИ, стал арматурщиком. А когда ему исполнилось 18 лет, устроился машинистом шахтных машин и механизмов, окончив при шахте курсы.

Потом была служба в армии – в Ереване, в пограничных войсках. Там парень окончил школу сержантского состава, был командиром отделения, заместителем командира взвода. В 1970 году ушел на дембель. Снова вернулся на шахту, но уже крепильщиком. Параллельно учился на курсах водителей при ДОСААФ. Окончив учебу и получив права, стал работать водителем на Донецком заводе минеральной ваты и конструкций. Сначала на грузовом автомобиле перевозил различные материалы, ездил по всему Союзу. Потом, получив необходимую категорию, пересел на заводской автобус. Кстати, был председателем профсоюза, парторгом. А когда предприятие стало убыточным и закрылось, устроился водителем погрузчика на «Укрвторресурсы».

«О Чернобыле нам не говорили ни слова»

26 мая 1986 года, буквально через месяц после дня рождения Леонида Ганича, его с коллегами командировали в зону Чернобыльской атомной электростанции.

«Приехал управляющий треста и сообщил, что пришел приказ из Госснаба Украины о командировании. Тогда я даже жене и детям не успел сказать, что уезжаю. На тот момент Валентина была беременна, причем на последнем месяце – в июне у нас родилась третья дочь. И только прибыв на место, я смог позвонить своим.

 

Точкой сбора была площадь Ленина, там мы сели в «Икарус» и поехали в Киев. Сначала о Чернобыле нам не говорили ни слова. Сказали, что на Обуховском бумажно-картонном комбинате произошел пожар, и срочно нужно отправиться туда на помощь, – вспоминает наш собеседник. – А уже в Киеве, когда нам выдали спецовки, сказали, что мы едем в Чернобыль.

 

Привезли нас в Чернобыльский район, в село Дитятки, которое находилось в 30 километрах от зоны аварии. Первое, что бросалось в глаза, – деревья рыжего цвета в лесу. Жили мы в палатках, а позже – в деревянных домиках. Нас было около 200 человек – со всей Украины, но в основном из Донецкой и Днепропетровской областей. Находясь там, мы строили Пункт ускоренной санитарной обработки (ПУСО), который предназначался для мытья транспорта, выходящего из зоны катастрофы. Я работал водителем погрузчика».

Три мойки – и в могильник

Работа велась практически круглосуточно, по 16 часов.

«От нас машины уезжали в зону ЧАЭС и доставляли туда оборудование для строительства саркофага, чтобы накрыть 4-й энергоблок. На всех выездах оттуда были устроены дозиметрические посты, где измеряли радиоактивный фон всей выходящей техники. Если он превышал допустимые показатели, машину отправляли на ПУСО. На нашем пункте специальные поливочные автомобили и ребята, с головы до ног укутанные в резину, мыли зараженные машины мощной струей воды с деактивирующим порошком. Ведь техника накапливала радиацию в пыли, которая лежала во всех швах и под колесными арками, в металле, в резине. После каждой мойки проводились новые замеры, и если после трех раз машина продолжала «звенеть» и не поддавалась обработке, то ее отправляли в могильник, на так называемое кладбище автомобилей, а ее пассажиры добирались до места дислокации пешком», – продолжает Леонид Константинович.

Язва желудка, инфаркты…

Те, кто находился недалеко от места обработки машин, обязательно должны были надевать резиновую химзащиту зеленого цвета: куртку, брюки, пилотку, перчатки и респираторы «Лепесток».

«Респираторы после использования нужно было не просто снять и выбросить, а положить в специальные пакеты, которые потом отправляли в могильник. Каждый день мы обязательно купались в бане и меняли одежду на совершенно чистую, а также проходили дозиметрический контроль. Через месяц пребывания на ПУСО нас сменили другие командировочные, и я уехал домой», – рассказывает наш собеседник.

Леонид Ганич снова стал трудиться на предприятии «Укрвторресурсы», проработал там до пенсии. Его общий трудовой стаж – около 43 лет. Он награжден медалью «Ветеран труда».

«Через некоторое время начало подводить здоровье: сначала открылась язва желудка, потом сердце стало шалить. Я перенес два инфаркта, две операции. Получил II группу инвалидности. Теперь раз в полгода прохожу обследование и лечение в больнице профзаболеваний», – делится с нами чернобылец.

Два памятных дня

Чернобыльские льготы Леониду Ганичу стали предоставлять после выдачи удостоверения.

«Сначала по два раза в месяц выдавали продуктовые наборы, потом стали выплачивать ежемесячную денежную компенсацию на приобретение продовольственных товаров. В числе прочих льгот – бесплатный проезд в общественном транспорте, 50-процентная скидка на оплату коммунальных услуг, ежегодные путевки в санатории. Я побывал на лечении в Кисловодске, Одессе, Моршине, Поляне Квасовой, Святогорске. Сейчас, в связи с переходом на российские стандарты, пока льготы на оплату коммунальных услуг приостановлены. Надеемся, что все наладится. А вот вдовы тех чернобыльцев, которые не успели получить паспорт РФ, сегодня вовсе лишены всяческих льгот», – объясняет Леонид Константинович.

Сейчас Леонид Ганич член Представительства Союза «Чернобыль» России в ДНР, председатель союза чернобыльцев Буденновского района Донецка.

«Наша районная организация появилась в 1990 году. Сейчас в ее составе 200 человек. Ежегодно 14 декабря, в день закрытия саркофага на АЭС, и 26 апреля, в день аварии, мы встречаемся, общаемся, возлагаем цветы к Мемориалу чернобыльской славы участникам ликвидации последствий аварии на ЧАЭС. Также члены нашей организации посещают учебные организации, школы, делятся воспоминаниями с молодежью», – говорит ветеран Чернобыля.

Досье

Леонид Ганич награжден медалями: «Участник ликвидации последствий аварии на ЧАЭС», «Чернобыльская благодарность», «За заслуги. Чернобыль», знаком почета «Благодарность. Чернобыль. 1986–1990», нагрудным знаком «Ветеран Чернобыльского движения» и другими.

Справка

В ночь на 26 апреля 1986 года на 4-м энергоблоке ЧАЭС произошел взрыв, в результате которого погибли два сотрудника, здание энергоблока было практически уничтожено, а в атмосферу выброшено около 190 тонн радиоактивных веществ.

Сразу же после катастрофы погиб 31 человек, а 600 тысяч ликвидаторов, принимавших участие в тушении пожаров и расчистке, получили высокие дозы радиации.

Сегодня 4-й энергоблок накрыт бетонным саркофагом, под которым находятся около 200 тонн спекшегося ядерного топлива и высокорадиоактивных отходов. Электростанцию планируют полностью ликвидировать к 2065 году.

Это интересно

Село Дитятки расположено на границе Чернобыльской атомной станции, прямо у колючей проволоки. Вблизи него – главный КПП в зону.

После аварии на ЧАЭС жителям села запретили собирать и употреблять в пищу выращенные фрукты и овощи, а также лесные грибы и ягоды из-за повышенного содержания цезия, стронция и америция.

Местные жители рассказывали, что в 1986 году на окраине села складировали свинец. Его использовали для охлаждения разрушенного реактора. В Дитятках был пункт погрузки мешков со свинцом в вертолеты. После окончания активной фазы тушения блока остатки свинца просто бросили на полях.

 Наталья ДЕДИЦКАЯ