Хотя окончательный вывод американских войск из Афганистана считался одним из приоритетных направлений предвыборной программы Байдена, он был далеко не единственным. Одним из центральных элементов президентской кампании 2020 года была реинтеграция США в иранскую ядерную сделку, также известную как Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД).
СВПД, по сути, был сделкой, отменявшей продолжающиеся десятилетиями санкции в обмен на обещание Ирана, что «ни при каких обстоятельствах он никогда не будет добиваться, разрабатывать или приобретать какое-либо ядерное оружие».
В 2018 году бывший президент США Дональд Трамп в одностороннем порядке вышел из сделки и возобновил действие антииранских санкций. Джо Байден, несмотря на свои предвыборные обещания возобновить участие США в ядерной сделке, так и не сделал этого до сих пор. Не последнюю роль в этом сыграли президентские выборы в Иране в июне 2021 года, приход ко власти Ибрахима Раиси и как следствие корректировка переговорной позиции Тегерана.
«Для США важно придерживаться предвыборного обещания Байдена», – пишет CGTN. – За последние два десятилетия США сохранили значительный интерес к региону, в Ираке и Афганистане. Вывод американских войск из последнего обозначил серьезное ослабление влияния и рычагов воздействия на ситуацию в регионе. В сочетании с новым и ещё непроверенным союзом с Израилем, провалившаяся иранская повестка нанесла бы серьезный удар по глобальному положению Америки».
Заместитель директора программы по Ближнему Востоку и Северной Африке в Chatham House (британский аналитический центр в области международных отношений – прим. ред.) Санам Вакил в интервью Financial Times, сказал, что администрация Раиси руководствуется необходимостью заключить более выгодную сделку.
«Я не думаю, что они хотят нарушить целостность СВПД, однако и возвращать Иран к соблюдению условий сделки тоже не собираются. Причина тому – отсутствие гарантий, что по прошествии нескольких лет она не будет вновь разорвана по прихоти очередного американского президента. Такая нестабильность в экономике вряд ли позволительна для Тегерана», – говорит Вакил.
Однако спецпосланник США по Ирану Роберт Мэлли встретил данную идею без особого энтузиазма, заявив, что «не существует такой вещи, как гарантии». Можно предположить, что международное право все же предоставляет такие гарантии. Однако это ставит под сомнение приверженность администрации Байдена «основанному на правилах внутреннему порядку». Порядку, которым президент подкрепляет заявление о том, что «Америка вернулась».
Хотя историческая и политическая конъюнктура работают против американо-иранского консенсуса, приз, поставленный на кон для обеих стран и других подписантов, несомненно, достоин последнего рывка.
Как отметил Али Ваез, глава проекта «Иран» Международной кризисной группы, «Никто никогда не думал, что это будет легко, но надежда была на понимание обеими сторонами, что возобновление сделки по-прежнему будет наименее затратным планом». Только время покажет, восторжествует ли прагматизм над национальным высокомерием.
Напомним, что ранее переговоры в Вене были отложены в связи с президентскими выборами в Иране.
Постпред РФ при международных организациях в Вене Михаил Ульянов сообщил, что конкретная дата возобновления переговоров пока неизвестна, так как «дальше решение будет принимать иранское руководство».