У пожилой женщины убили маму и супруга/Фото: газета «Родное Приазовье»
Здесь тепло, чисто, всегда горячий чай, вкусная еда. И — тишина. Та, о которой они мечтали долгое время. Сейчас каждый из них пытается собраться с мыслями, обдумать, как жить дальше. То, что пережили, порой не хочется вспоминать. Но понимают: из жизни и памяти этого не вычеркнуть…
«Два с половиной месяца ада»
Так характеризуют случившееся с ними жители недавно освобожденных городов Селидово и Украинска, которые в данный момент находятся в селе М-Качкары, где для них начал свою работу пункт временного размещения беженцев. Местная школа, в которой открыт ПВР, гостеприимно распахнула свои двери почти для пятидесяти человек, эвакуированных из вчерашних горячих точек.
— Я в один миг лишилась и мужа, и мамы. Когда все это началось, мама переехала жить к нам, потому что одной было страшно. А в тот день они с моим мужем вышли за водой, потому как ни воды, ни света у нас не было с 21 августа. Мы собирались клеить окна, чтобы спасти их от взрывной волны. Они ушли, а я их жду, жду, чего-то задерживались они. А беспокойно кругом! То и дело слышны взрывы, и ты уже не ориентируешься, где они происходят. Выбрала минуту, выхожу на улицу. Только завернула за подъезд, и глазам своим не верю: лежат оба убитые, — маленькая худенькая женщина вздрагивает всем своим телом, не в состоянии сдержать слез.
— За что? Люди-то они пожилые…
— А ни за что! Просто потому, что мы для них — ждуны! Раз не эвакуировался, значит, ждешь Россию! У нас в городе все организации — МЧС, полиция, руководство города — все выехали, а нас, простых людей, оставили. Было нас тысяч шесть. Выживали, как могли. Поначалу оставались какие-то запасы, да и тепло было. Потом настали сложные времена. А как родители детей прятали? Их вообще принудительно эвакуировали. И чтобы не потерять ребенка, родители всячески прятали.
Этот рассказ поведала мне женщина, представившаяся Лилией Поляковой. Уже потом, спустя время, когда они с дочерью чуть отошли от своих воспоминаний, она уточнила: «Мы эвакуировались, а тела наших родных так и лежали на том же месте. Похоронить их невозможно было».
Четырнадцать часов под трупами
— Да, это все так! — подтверждает мужчина, проходивший мимо нас и остановившись поведал свой пережитый ужас: как жгли костры возле подъездов, чтобы согреться и сварить еду, как боялись прятаться по подвалам.
— Почему? Они же относительно безопасны.
— А сколько случаев было, когда украинские вояки открывали дверь подвалов и бросали туда гранаты, зажигательные смеси?! Потому мы и не прятались особо в них. Страшно было.
— В квартире пережить этот кошмар тоже ведь страшно?
— Конечно, от судьбы не уйдешь! Но в квартире и стены помогали, — такой ответ получаю от молодого человека Виктора.
— А как тот мужчина, который лежал четырнадцать часов под трупами?..
И жители Селидово давай наперебой рассказывать, как украинские нацисты применяли и такую практику: открывали дверь квартиры и автоматной очередью проходили по ней. Так было и в одной из них.
— Открыли дверь, а в квартире на тот момент было четверо мужчин, прятались. И первый, кто увидел непрошеных гостей, успел упасть так, как будто его скосила автоматная очередь. А остальные три трупа свалились на него. Чтобы не выдать себя, тому мужчине пришлось пролежать в таком соседстве аж четырнадцать часов. Сейчас мы вам его позовем! — и заторопились в комнату.
Но через время сообщили: нет, он еще сюда не приехал, будет только завтра… Каждый такой рассказ-воспоминание передается из уст в уста, людям хочется выговориться, словно снять с себя груз этого тяжкого бремени…
Своя жестокая история и у молодой женщины Натальи, инвалида детства. На ее лице до сих пор видны следы побоев — «цветущие» синяки. Плача, она рассказывает, как подверглась физическому насилию… И какая боль ужаснее — моральная или насильственная — определить сложно.
«Грабили и магазины, и людей»
— Моя дочь с мужем жили в Великой Новоселовке. Там события разворачивались еще в 23-м году. Когда украинские вояки зашли в город, начали с грабежа. Из магазинов тянули все, что могли унести. Доставалось и жилым домам, особенно там, где хозяев не было на месте, — это воспоминания Валентины Петровны, дочь которой прикована к инвалидной коляске. — Моя дочь тогда тоже пострадала: лишилась ноги. Они с мужем шли по улице по направлению к пожарной части, чтобы зарядить телефоны, так как уже длительное время не было света. Вдруг из кустов раздалась автоматная очередь. Из кустов! — подчеркивает женщина.
Женщина потеряла ногу при обстреле/Фото: газета «Родное Приазовье»
— И я поняла, что со мной что-то не то, — это в разговор вступает ее дочь Инна. — Как закричу! Муж остался жив, и он меня спас: погрузил на тачку и отвез в больницу. А через полгода его убили. Он как чувствовал, все говорил: «Недолго мне осталось». События у нас развивались быстро, страшно было каждую минуту. Он вроде и соблюдал безопасность, но был во дворе, а тут обстрел. И он погиб. На улицу просто нельзя было выходить.
После случившегося женщина-инвалид вынуждена была переехать в Селидово к маме, потому как без ухода и посторонней помощи ей не обойтись. Да и в городе на тот момент чуть потише было…
«Россию мы ждали! Это свои!»
Все, с кем довелось общаться в пункте временного размещения, говорят исключительно на русском языке.
— Донецкая область всегда говорила на русском! Одно время у нас в магазинах требовали украинский язык. Но потом поняли, что выручка у них упадет, если не будут обслуживать тех, кто на русском общается.
— А когда впервые увидели российских солдат, как отреагировали на них?
— Нормально! Нам нестрашно было с ними встретиться! Мы их ждали! И понимали, что они свои, и нас не оставят! Вы бы видели, как они обращались с нами! Нянчились, как с детьми: кормили, поили, отогревали, оказывали помощь. Эвакуироваться тоже помогали они, — наперебой рассказывают. — Вот только не все мы добрались до безопасного места. Прямо на наших глазах впереди идущий автобус Украина обстреляла…
— Я вот только лекарства забыла взять, — сокрушается ставшая уже мне знакомой Лилия Владимировна.
— А я никогда не думала, что попаду в ваши края, — неожиданно как-то сообщает Валентина Петровна. — Пятьдесят лет назад моему мужу предлагали на выбор место распределения: Селидово или Новоазовск. Выбрали Селидово, поближе к родным местам. А теперь вот к вам попала. Правда, мужа уже нет в живых…
Какие планы на будущее у этих людей, еще вчера смотревших смерти в лицо?
— Немного здесь придем в себя, все обмозгуем, и будем искать, где прислонить голову, пока не разрешат вернуться в свой город. Он относительно цел, и это нас радует. Значит, восстановят быстрее. А Россия же нас не бросит, поможет! Так ведь?
— Конечно!
«Нам здесь хорошо!»
Отдельной строкой — о гостеприимстве села М-Качкары и пункта временного размещения. Жители Селидово и Украинска, недавно приехавшие сюда, дружно отмечают хорошие условия проживания и радушие сельских жителей. Здесь для них сумели создать обстановку тишины и покоя, где нет городской суеты, и, главное, нет каждодневных обстрелов, огня и кровопролития… Разве что петухи по утрам могут нарушить тишину да лай собак…
Сейчас беженцы в безопасности/Фото: газета «Родное Приазовье»
У прибывших накопились вопросы: «Как долго мы пробуем тут? Как быть с документами? Где обменять деньги?».
— Со мной — собака. Я никак не мог ее оставить. Собираюсь в Питер уехать, к родне. Как быть с ней? Помогите с документами на нее! — обратился ко мне Виктор. — И здесь еще есть люди с животными.
Я пообещала помощь. Когда озвучила просьбу беженцев, главный ветеринарный врач Игорь Стаценко сразу же откликнулся на нее. Уже на следующий день ветеринары выехали в М-Качкары, сделали прививки против бешенства и оформили необходимые документы — международные ветеринарные паспорта для провоза животных. Спасибо за оперативность и участие в добром деле!
Мы получили ответ и от заведующего сектором по вопросам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям администрации Новоазовского муниципального округа Андрея Здора:
— Тех, у кого есть паспорта граждан Украины, будут группами отправлять в Российскую Федерацию. У кого нет документов, а таких оказалось всего четыре человека, тех начнут документировать, этим будет заниматься миграционная служба. Сколько по времени займет этот процесс, пока сказать сложно. Но в любом случае все будет решаться максимально быстро. Вывозку людей из ПВР осуществит МЧС.
В очередной раз хочется сказать спасибо за помощь! Всем те, кто работает в ПВР, стараясь во временном пристанище создать домашний уют, кто доставляет гуманитарную помощь: волонтерам, небезразличным людям, кто оказывает содействие СВОим, понимая, что все мы — одна большая семья, имя которой Россия.
Елена ЗАДОЯ, «Родное Приазовье»