12 июня – особенный день для жителей донбасских республик. День России. Прошло шесть лет, как мы с вами сделали окончательный выбор, развернулись лицом к своей большой Родине. Да, греха таить не будем, ближайшая история виделась нам в 2014-м несколько иной: приходят и к нам вежливые люди, вежливо дают под зад тем, кто сам не ускакал, и над всеми административными зданиями Донбасса воспаряют российские триколоры. Увы, приход России в наши степи был куда вежливее, чем в Крым. Этикетные игры продолжаются на геополитической кухне до сих пор. Мы там одно из главных блюд, только вот в рецептах шеф-повара никак не сойдутся.
Не сердитесь за это гастрономическое сравнение: для политики любой кусок земли – объект пищеварительный. Только вот одни территории пресны и в глотку не лезут, а другие вызывают повышенное слюноотделение. Донбасс с его промышленно-аграрным и человеческим потенциалом – настоящий деликатес, в этом и беда его…
А теперь сменим точку зрения – отбросим макро- и гео-, возьмем локальный бинокль, посмотрим на ситуацию собственными глазами. Технари знают, что любой материал обладает сопротивляемостью. Вот и Донбасс, с его непростым сопроматом, все эти шесть лет, пока мировые мужи ломают копья, живет своей жизнью. Да, мы терпеливо ждем крепкого российского решения, но ждем далеко не пассивно. Народное сознание все эти годы двигалось по вектору, выбранному в 2014-м. В сторону России. Прочь от Украины.
Это были непростые годы, и лишения, которые мы терпели, кое-кого поколебали, но единичные электроны, отколовшиеся от общего потока, – не в счет. Очевидно, что основное течение донбасской истории по-прежнему повернуто к Востоку. И помогает нам утвердиться в этом выборе, как ни странно, Украина.
Казалось бы, ради чего весь сыр-бор? Ради чего тысячи украинских парней гниют в донбасской земле? «Нэзалэжная» всеми своими немощными средствами пытается вернуть два важных кирпичика, отвалившихся от ее хаты. Так почему же она все дальше отталкивает эти кирпичики? Всё просто: украинцы не воспринимают Донбасс как сообщество людей, для них это просто территория – с богатыми недрами, развитым промышленным комплексом и набором рабов, производящих полезные штуки для благополучия самих украинцев. Они не видят в людях людей – немудрено, что и ответные чувства резко негативные. Это все равно, как если бы жена возвращала в семью разлюбившего ее мужа, швыряя в него камнями и оскорбляя.
Да, это не пафосное преувеличение, Украине действительно не нужна любовь мятежного Донбасса. Если уж продолжать семейную аналогию, то ей нужен не столько сам муж, сколько его кошелек. Ну так и действовала бы похитрее, хотя бы притворилась любящей и кающейся. Так нет ведь, ума недостает…
Это началось совсем не в 2014-м. Эпическое высказывание Юлии Тимошенко времен «оранжевой революции» о колючей проволоке, которой надо обнести территории Донецкой и Днепропетровской областей, – уже в учебниках истории. Десять лет до Русской весны. Тогда еще нашим союзником была Днепропетровщина. Да и прочие юго-восточные регионы, конечно, исконно наши, но вот сопромат у их населения оказался пожиже. Оскопили там народный бунт. Где-то огнем выжгли, где-то факельными шествиями застращали…
Да и не в 2004-м корни зла, конечно. В седую глубь они тянутся. Говоря откровенно, территория, доставшаяся украинцам после распада СССР, великовата. Большая земля предполагает этническое многообразие, а комплексующие национально-озабоченные народы, вроде украинцев, латышей, эстонцев, поляков, не в состоянии мирно уживаться на одном клочке с другими, особенно если эти другие в чем-то превосходят самих нациков, например в культурном развитии. Вот, например, «соловьиный» народ генетически не приемлет русского соседа. А почему? Да потому что на полотне истории тот все время на несколько шагов впереди. Он большой и громогласный, а они, нацики, узкоплечие и писклявые. Ни культурных высот, ни политических. Они ведь отчего на дядьку Богдана с его «национально-вызвольной вийной» молятся? Да потому что он хоть пару-тройку скудных побед украинского оружия организовал. Пусть не над русскими (хотя жаль, конечно), но и поляки с пивом пойдут – тоже соседи треклятые, с культурой и историей погуще, чем у хранителей Аскольдовой могилы.
Печаль, но даже Хмельницкий в глазах потомков – не без желтого пятнышка. Воевал так славно, а потом – бац! Переяславская рада… Плыл-плыл, как говорится… А виноваты и здесь, конечно, русские. Осквернили своим участием такой героический отрезок истории!..
Украинцы не терпят поляков, венгров, евреев. Но особенно русских, которые, как назло, по территории «нэзалэжной» расселены очень широко. Как только их не пытались нивелировать за четверть века независимости! Забивали детям головы гетманскими булавами, псевдохудожественной литературой, полной нытья об «ущемленных, замордованных крипаках». С мовой своей носились как с писаной торбой. А русский люд все топорщится и топорщится, все косится на Путина и косится. Откуда ж тут терпения набраться бедному нацику!
И вот пришел 2014 год. Майдан шарахнул в самом сердце Украины, и цунами от него раскатилось на все 603 тысячи квадратных километров. Пошла «нэнька» трещинами. Унесло отливом отколовшийся Крым, навострил лыжи Донбасс, схватились за чемоданы Харьков и Одесса. Спохватились штопать, да не гнилыми ж нитками такие глыбы прихватывать. Крым – тю-тю, да и Донбасс так задеревенел от обиды, что цыганской иглой не пробьешь, чтоб пришить.
И вот уже шесть лет – скрип зубов, ядовитая пена и нечеловеческая злоба со стороны Украины в адрес «бывшего богатого мужа». Как только нас не поносили: и генетики у нас нет (по словам министра культуры Украины Евгения Нищука), и в подвалах нашим детям самое место (все помнят этот исторический спич Петра Порошенко). Бывший премьер желто-синей страны Арсений Яценюк не постеснялся в интервью западному изданию поименовать наше население «сабхьюман» (subhuman). По-русски это «недолюди». Подобный термин был присущ немецким идеологам нацизма – у них это называлось «унтермэнш», то есть существо низшей расы. И не завернулся рулончиком язык этого деятеля! Его бы в Рейх времен Геббельса, от него бы только очки остались, учитывая его национальную принадлежность.
А лозунги Ирины Фарион… «Эти существа <…> заслуживают смерти». «Я бы действовала намного жестче. Я бы их просто стреляла, простите». Еще извинилась – интеллигентная женщина, видать. А ее феерическое выступление в детском саду: «Оленко, никогда не будь Алёнкой. Если станешь Алёной, то нужно паковать чемоданы и выезжать в Московию. Маша – форма не наша. Пусть едет туда, где Маши живут. Петя тоже должен отсюда уехать, если не станет Петрыком».
Да если бы они только языками ляпали… А то ведь стреляют… Вот совсем недавно Главой ДНР были озвучены печальные цифры: в ДНР за период военного конфликта погиб 91 ребенок, еще 261 получил ранения. В соседней Луганской Республике данные не лучше. Этим детям Украина отказала даже в такой незавидной участи, как сидение в подвалах…
Когда слышишь гладкие фразы котов Леопольдов нашего времени, призывающих вспомнить о братстве народов, о совместной истории, хочется поступить так, как это сделали мыши в культовом советском мультфильме: залепить этим миротворцам в портрет сочным помидором. Так, чтоб аж юшка потекла, чтоб заткнули свой елейный фонтан!
О каком братстве вы лепечете?! Мы никогда не были братьями для этих панов. Ведь слова «кацап» и «москаль» родились не в 2014-м, им лет под днище. А «москаляка» испокон рифмуется с «гиллякой». Набыченные лбы «щирых» всю историю сопровождают наше соседство. Тому примеров вагон – и в исторических документах, и в публицистике, и в художественной литературе. Конечно, не каждый украинец – укроп, и не каждый «гилляку» присматривает, ощупывая веревку в кармане, но у нас же нет волшебного фонаря, чтобы ходить по улицам и просвечивать каждого соседа: из тех он или из этих. Проще удалиться от такого соседства. Что мы и делаем уже шесть лет. И чем дольше, тем дальше. Морально дальше. Вот уж и дети наши украинский язык почти не понимают. А скоро вообще будут удивленно спрашивать: «А это правда, что мы когда-то вместе с украинцами жили?» Жили, детки, аж самим уже не верится…
Да, наш путь к российскому берегу не так прост, как хотелось бы. Но мы преодолеем его, не сойдем с дистанции. Цель уже видна без подзорных труб. Вперед явно ближе, чем назад.
Автор Иван Грушин