Мы ожидали, что глобальный катаклизм будет иметь вид ядерного пожара, гигантского потопа или иного апокалиптического кошмара. Но вряд ли кто из нас ожидал, что раскручивающийся на наших глазах чудовищный водоворот потрясений будет иметь вид вселенской смуты.
Смута сотрясает даже те страны, где еще недавно она никому не приснилась бы даже в самом страшном сне. Смутьяны как рыба в воде чувствуют себя на улицах городов США, и мы наблюдаем нарастание критической массы противоречий подобно тому, как это было осенью 2013 года в дни киевского Евромайдана. Наш опыт подсказывает, что вся эта «гуталиновая революция» за океаном окончится только одним – взрывом. Случится ли он через несколько месяцев или несколько лет – не так уж важно: между «помаранчевыми» событиями и нацистским переворотом на Украине прошло девять лет. Но уже в дни того, первого, киевского Майдана лично мне стало понятно, что война, которую мы ведем уже седьмой год, есть вопрос времени, но не принципа. Так и в мире: дурман смуты весьма сладок, раз попробуешь – ничего другого не захочется…
Но мне хотелось бы сказать вот о чем. Вчера, 12 июня, мы отмечали День России. Впервые для многих из нас он стал настоящим праздником воплотившейся мечты о воссоединении в Отечестве: счет обладателей российских паспортов в ДНР уже разменял вторую сотню тысяч человек. Можно бесконечно перечислять то, что Россия дала Донбассу, начиная с самого главного – возможности существования. Весьма закономерным будет и вопрос о том, что же мы можем дать России: что ни перечисли из имеющегося у нас – там тоже не в дефиците.
И все же есть в людях Донбасса то сокровище, которое для России станет однозначно спасительным: жесточайшая борьба с бандеровщиной выработала в душе каждого из нас стойкий иммунитет против смуты. Более того, весной 2014 года Донбасс восстал против смуты и сумел ей дать достойный отпор. Поэтому идущее в Россию пополнение из Донбасса способно стать заслоном либеральной смуте: эти люди сделают всё, чтобы преградить дорогу тем, чья победа для них смерти подобна.