Творцы театрального образа

Наверняка у каждого зрителя, пришедшего в театр, возникает вопрос: как появляются невероятно красивые наряды героев спектаклей? Чтобы понять это, мы отправились в пошивочный цех Донецкого государственного академического театра оперы и балета им. А. Б. Соловьяненко и пообщались с его мастерами.

Костюмом можно и «убить»

Оксана Кубекина, начальник пошивочного цеха, работает в театре уже более 33 лет. Она же и художник по костюмам. В числе ее работ – образы к спектаклям «Бал-маскарад», «Пиковая дама», «Ромео и Джульетта», «Собор Парижской Богоматери», «Золушка», «Малыш и Карлсон», «Призрак оперы», «Шах и мат» и другие.

Всего в этом цехе трудятся 15 человек: швеи, закройщики, мастера по пошиву и ремонту обуви – люди творческие и креативные. Дни напролет они рисуют, чертят, кроят, вырезают, строчат, вышивают, клеят, красят, чтобы тысячи глаз смогли увидеть яркий спектакль.

– Важно не только придумать, как сшить тот или иной костюм, но также угодить и художнику, и актеру, который будет его носить, – рассказывает Оксана Геннадиевна. – Перед тем как перейти к началу работы над костюмом, создается группа, которая рождает спектакль. Это художник-постановщик, художник-декоратор, художник по костюмам. Изначально мы изучаем эпоху, которая отображается в спектакле, а потом приступаем к созданию образов героев, того, во что они будут одеты. Каждый раз это что-то новое: сегодня классика, завтра что-то сказочное, волшебное или современное.

– С чего начинается работа над пошивом костюмов?

– Работа над костюмами начинается с эскизов: одежды, головных уборов, обуви, а потом происходит подборка материалов, из которых они будут шиться. Затем снимаются мерки с актеров, идет крой и пошив. Мы должны одеть артиста с головы до ног. В среднем на подготовку костюмов для спектакля уходит 3–4 месяца. У нас в цехе включаются в творческий процесс все, каждый вносит свою лепту, предлагает идеи. Иногда бывает, что работа над костюмом уже закончена, но ты видишь его в процессе репетиций или первых выступлений, и хочется как-то усовершенствовать свою работу, что-то добавить. Ведь костюмом можно «убить», а можно и возвысить. Можно сделать красивый костюм, но он не будет сочетаться с декорациями или полноценно раскрывать образ героя в спектакле. Ведь актер, когда приходит на примерку, должен почувствовать костюм, понять, что ему удобно в нем двигаться на сцене, что одежда не порвется во время выступлений. А зритель, увидев костюм на артисте, должен проникнуться образом героя.

Эксклюзив от мастеров

Вместе с Оксаной Геннадиевной отправляемся в комнаты пошивочного цеха. В одной из них происходит работа над платьем, во второй – над головными уборами, а в третьей – над обувью. На столе для раскроя кроят ткань и собирают детали костюмов. Несколько прикосновений ножницами – и в опытных руках мастера рождаются первые детали нового образа.

А в цехе изготовления головных уборов кипит своя работа. Здесь создают всё – начиная от воротничка костюма и заканчивая шляпками и масками.

– Каждый мастер обязательно должен быть художником, обладать образным мышлением, иметь хорошую фантазию, – объясняет начальник цеха головных уборов Антонина Станева. – По мере того как головной убор изнашивается, мы делаем его реставрацию: какие-то детали меняем, что-то подклеиваем, подшиваем.

В обувном цехе работают мастера по пошиву и ремонту обуви. Здесь, как и для костюмов, тоже снимаются мерки, а потом идет работа над изделием.

– Мы шьем особенную обувь: ботинки, сапоги и туфли, которые не купишь ни в одном магазине. Они изготавливаются специально для героев спектаклей по эскизам художника, – рассказывает заместитель начальника обувного цеха Светлана Калач. – Обувные колодки в нашей работе бесценная вещь, основа всех основ, с них и начинается весь процесс…

«Главное, чтобы костюмчик сидел»

– Какие костюмы шить сложнее всего и сколько примерок бывает у актеров? – спрашиваем у начальника пошивочного цеха Оксаны Кубекиной.

– Костюмы для балета шить непросто. Они должны быть безукоризненно посажены, ведь каждый лишний сантиметр, лишний грамм ткани отражается на танце, поэтому артистам должно быть в них удобно и комфортно. В опере костюм сложнее по количеству тканей, по изготовлению строчек, отделок. Количество примерок индивидуально, их может быть от трех до шести.

– Оксана Геннадиевна, какие из ваших костюмов были наиболее сложными в изготовлении?

– Например, костюм Кощея к «Новогодней сказке». В нем и комбинезон, и плащ, и головной убор, и всевозможные накладки на руки и ноги, и аксессуары. Этот костюм сложен в изготовлении, но очень эффектно смотрится на сцене. А в «Пиковой даме» – мундиры, сложные для исполнения по накладу шнуров, пуговиц, пошиву – это очень мелкая, кропотливая работа. И нужно не просто сшить костюм, а увидеть, как он будет смотреться на фоне декораций, в освещении, как будет отражать образ. В одном спектакле, в зависимости от его объема, может использоваться 150–300 костюмов.

– К какому спектаклю сейчас шьете костюмы?

– Это балет «Спартак». В нем более 300 костюмов. В новом решении этого спектакля будет задействован хор, поэтому шьем костюмы и для него.