Многим из нас не нравятся ограничительные меры по недопущению распространения коронавирусной инфекции. Ибо на улице весна, душа просится в полет, а ты вынужден превратиться в домоседа… Некомфортно это как-то… Только не покидает меня ощущение, что через некоторое время (может быть, через несколько недель, а может быть, и через несколько лет) мы о нынешнем вынужденном бездействии будем вспоминать как о золотых днях.
Принципиально не буду рисовать в сознании читателя какой-нибудь «ужастик»: всякие киношные страсти-мордасти весьма далеки от жизненных реалий. Тем не менее мир только входит в эпоху турбулентности, и это означает, что основные потрясения еще впереди.
Лично мне вся эта свистопляска вокруг коронавируса очень уж напоминает масштабные мобилизационные мероприятия, которые проводят все ведущие мировые игроки. Именно мобилизацию всего и вся, замаскированную под эпидемию. И у читателя наверняка уже готов вопрос: почему же эта мобилизация замаскированная…
Откройте любой учебник по воинскому искусству, и первое прочитанное там будет гласить, что мобилизация – это очень и очень серьезное дело в плане последствий. Думаю, что комментарии тут излишни: и так всем понятно, чем пахнет. А второе – что процесс этот необратим. То есть собрать людей под знамена, а потом объявить, что была учебная тревога, может быть, и получится, да только оторванные от сохи в тот момент назад к сохе не слишком захотят возвращаться. А если и захотят – разбредутся так, что не соберешь их ни за какие коврижки.
В открытую объявлять мобилизацию тоже нельзя: летом 1914 года таким вот образом практически все воюющие страны упустили немало времени. А время – его ни за какие деньги не купишь. Да и оппонентам на мировой арене карты прежде времени раскроешь… Вот поэтому ближе к середине ХХ века основную часть мобилизации старались проводить так, чтобы не дразнить гусей: то здесь перебранка, то там потасовка, зато каждый раз повод понемногу накачать мускулы…
И сегодня постепенно переформатируют пространство под грядущий передел мира. Пандемия стала хорошим инструментом приучения людей к порядкам особого периода, когда мера свободы будет определяться мерой ответственности, а про всевозможные либерально-толерантные вольности можно забыть. У правителей оказался повод свернуть набившие оскомину лоббируемые глобалистами всевозможные совершенно недееспособные содомские прожекты, рассчитанные на беснующихся с жиру личностей. Впрочем, суровые времена любят простые ценности…